Три этапа беспредела в судебной системе (История одного судебного дела. Неоконченная.)

После работы у Вадима Табачука

я твердо решила: больше

ни одному работодателю

не оставлю в долг

ни одной заработанной мною копейки.

Предыстория. Меня (Наталью Лысенко) пригласили на собеседование по вакансии пресс-секретаря в Родовидбанк. Собеседование прошло успешно. С одной лишь заковыкой, дескать, должность только планируется, поэтому просили поработать три месяца по Договору подряда, а по истечении этого срока, если не будет претензий, возьмут в штат. Я согласилась – в банке не было пресс-секретаря, а осваивать новое всегда интересно. Три месяца отработала качественно и честно (по полной катушке). После того, как истек срок Договора, предложили оформить все документы, пройти все инструктажи, необходимые для принятия штатным сотрудником и пожелали дальнейшей такой же успешной работы на благо банка. Каково же было мое удивление, когда через неделю я зашла в отдел кадров расписаться в приказе на зачисление, мне сказали, что, мол, конец года, аврал, документы не успевают оформлять. Прошла еще неделя, услышала: «Вы не переживайте, спокойно работайте, у нас так всегда». Когда же еще через неделю (пришло время аванса) я пришла за зарплатной карточкой, мне отвечают: «А вы еще не зачислены – разбирайтесь с начальством». Я опущу все подробности общения по поводу этого, мягко сказать недоразумения. В итоге: «Мы не можем Вас принять на должность пресс-секретаря. До свидания». На мой вопрос: «В чем причина?» - Пожимание плечами и отвод глаз начальника департамента по работе с персоналом Виктории Хабы. Я пыталась пообщаться с Председателем правления банка Денисом Горбуненко. Позже писала, стучалась в двери и оборвала все телефоны в приемной Сергея Бубки – Президента банка. «Ну не поступают так с людьми в цивилизованном мире!» Все тщетно. Он занятой человек, а может, и вообще не был осведомлен об этом инциденте.

Но вы же прочли эпиграф моего материала. Я работала у Вадима Табачука на одноименной телестудии главным редактором. Ушла и оставила кругленькую сумму (для меня кругленькую) долга по зарплате. Не любил он платить зарплату, об этом знали журналисты всего Киева. Потом – еще у одного выдающегося телевизионщика Александра Кучменко на «Народном телевидении Украины». Он тоже не любил платить деньги своим подопечным. Его я решила проучить, так как он не любил платить деньги еще и государству. Благодаря помощи таким же «кинутым» сотрудникам, мы все-таки заставили налоговые службы закрыть его детище, а его покинуть пределы Украины. А чем «денежные мешки»-кидалы лучше?

Началась моя судебная история.

Этап первый. Я подала иск в Подольский райсуд Киева. Дело приняла судья Трегубенко Л.А.

На суде выяснилось, что Родовидбанк обманул меня с самого начала: должность пресс-секретаря в банке была, и ее занимал человек, неплохой человек, только занимался совсем иной работой. Не имея никаких доводов для оспаривания моего иска, Родовидбанк не удосужился придумать ничего лучшего, чем «склепать» фальшивый документик: допечатать в акте приемки-сдачи работ за последний месяц моей работы одну фразочку, в которой якобы действие старого Договора подряда продлевается как раз на период моей работы штатным сотрудником. Один нюанс – оригинал по понятным причинам они не предоставили, только копию. Я заявляю, что документ поддельный, требую оригинал, прошу провести экспертизу. Мне отказывают, но нигде в протоколах не фиксируют. Тем не менее, судья зацепилась именно за эту фальшивую бумажку (больше ведь не за что было). Опуская, опять же, всю тягомотину этого судебного слушания, длящегося 15 месяцев, вердикт суда таков: «В иске отказать». Мотивировка: «Позов не доведено». И тут же: «Факт її роботи прес-секретарем в цей період, але на певних умовах, ніким не заперечується». Какие-такие эти «умови», непонятно, ведь ни одной нормой закона касательно трудовых отношений между мной и банком в период моей «нелегальной» работы в банке судья в своем решении не руководствуется. Ну, не придумали еще, не успели – может, в будущем…

Этап второй. Апелляция. Ей предшествовал тот факт, что получить полное решение райсуда я не могла в течение трех недель. «Выдрать» его удалось только после подачи второй жалобы председателю Подольского суда Бородию В.М. – первую он проигнорировал. Поэтому пришлось писать заявление о продлении срока подачи апелляционной жалобы. Тянучка продолжалась. Когда же состоялось заседание по рассмотрению моей жалобы судьей Немировской О.В., я, наивная, распиналась, что, мол, решение Подольского суда незаконное. Как же иначе? Ведь ответчик не предоставил оригинал документа, которым оспаривал мой иск, потому что там подделка (иначе бы предоставил); что суд нарушил мои процессуальные права, не приняв никакого решения по ходатайству о проведении экспертизы поддельного документа, и так далее, и так далее. Меня очень внимательно слушали, не возникло никаких вопросов. Судьи вернулись в зал из совещательной комнаты очень быстро. Естественно, мне отказали. Интересен тот факт, что ссылались все на тот же поддельный акт приемки-сдачи. Хотя в Постановлении Апелляционного суда вспомнили, что статьей 22 Кодекса законов о труде говорится о запрете необоснованного отказа в принятии на работу. Только к чему это, если законами не руководствуются (мягко сказано)?

(Кстати, для справки: глава правления Родовидбанка – Денис Горбуненко, член партии «Виче» (которую возглавляет Инна Богословская), входил в лидирующую пятерку партии во время выборов в Верховную Раду 2006 года. На момент этого судебного разбирательства Инна Богословская была заместителем министра юстиции).

Но всех обошел Верховный суд Украины.

Этап третий. Чем больше актер, тем больше пауза. Это я к тому, что ответ на свою Кассационную жалобу я получила на месяц позже, чем предусмотрено ЦПК Украины. Но это пустяк по сравнению с тем, чем мотивировал судья Бердник И.С. решение отклонить мою жалобу. Привожу в оригинале выдержки: «Відповідно до п.5.ч.3.ст.328 ЦПК України суддя-доповідач відмовляє у відкритті касаційного провадження, якщо касаційна скарга є необгрунтованою і викладені в ній доводи не викликають необхідності перевірки матеріалів справи». А нижче його мотивувальна частина: «Обгрунтування касаційної скарги не містить доводів, які викликають необхідність перевірки їх матеріалами справи». Как говорится, чувствуете разницу? Проверки не «матеріалів справи», как об этом говорит закон, а «перевірки доводів матеріалами справи», как резюмирует судья. Удивительный лингвистически-юридический абсурд. Что это - незнание украинского языка или некомпетентность? Но, господа, изменение родительного падежа на творительный, совершенно искажает смысл статьи закона. И это вся мотивировка. Вообще, нужно сказать, что интересный этот пункт статьи ЦПК Украины, который был внесен в новую редакцию закона в 2006 году. Судья на свое усмотрение решает, принимать жалобу или нет. То есть, господа, если Вам доведется (не дай бог) дойти в своем долгом пути поиска правосудия до Верховного суда, не очень то надейтесь на положительный для Вас результат. У меня сложилось такое впечатление, что отпечатков пальцев судьи Бердника дальше первой страницы моего дела не найдет ни одна криминалистическая экспертиза. Его просто не открывали и вынесли вердикт, потому что ни одной ссылки ни на мои доводы, ни на доводы ответчика в Постановлении Верховного суда НЕТ.

Вот ведь как интересно: если кота макать носом, он через короткое время перестает гадить, то бишь начинает разбираться что – к чему. А сколько нужно тыкать судей, что вот на этой страничке – такое-то нарушение закона, а вот это – явный криминал? Это же очевидно. Но – это для нас, а для судей – невероятно.

После этого у меня уже не было ни одной причины думать о каком-то верховенстве права в нашей стране. Но не такой я человек, чтобы спускать это с рук. Ведь я очень люблю наш родной украинский язык.

Поэтому далее, еще интереснее. Тот же Верховный суд. Я подаю кассационную жалобу в связи с исключительными обстоятельствами. Спустя полтора месяца (!) судья Косенко В.И. постановляет Кассационную жалобу оставить без рассмотрения и предлагает устранить недостатки, одним из которых считает то обстоятельство, что мной не оплачены расходы на информационно-техническое обслуживание и не приложена квитанция об уплате госпошлины. Ну, если у первого судьи проблемы с украинским языком, то тут уже явное незнание законов. Неужели судья такого ранга не знает, что в соответствии с п. 1. ст. 4 Декрета Кабинета министров «О государственной пошлине» истцы – сотрудники и служащие - по искам о взыскании задолженности по заработной плате и другим требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, от уплаты госпошлины освобождаются? Кстати, суд первой и апелляционной инстанций оказались информированы, у коллеги из Верховного суда подобный вопрос, как ни странно, тоже не возникал.

Но это все цветочки. А вот Вам ягодки. Постановлением мне предоставляется срок для его исполнения до 5 мая 2008 г. Запомните эту дату. Вынесено оно судьей Косенко только 27 марта. Исходящий номер в сопроводительном письме – от 2 апреля. А отправлено Постановление Верховным судом, когда бы Вы думали. Да – именно 5 мая (бережно храню конверт с почтовым штемпелем). Как это понимать – облажались или зажрались? Конечно, то, что этот документ где-то у кого-то отлеживался больше месяца, еще будет предметом разбирательств. Но не кажется ли Вам, господа, что это уж слишком. Или это называется другими словами, как в названии статьи?

Сейчас я готовлюсь к следующему этапу.

Кстати, именно общение с Верховным судом задело мои журналистские струны и побудило рассказать Вам эту неоконченную историю о нашей судебной системе. Удивительно, три с половиной года победы демократии. Только почему-то вспомнился недавно прочитанный анекдот: «Если смотреть на демократов сквозь розовые очки, они кажутся коммунистами». Было бы смешно, если бы не было так грустно. Ведь телефонное право, «волосатые руки» и «денежные мешки» по-прежнему вершат судьбы людей. Система-то осталась прежней, во всяком случае – судебная.

Продолжение следует...

sword